`Oh, don't bother ME,' said the Duchess; `I never could abide figures!' – Оставь меня в покое, – сказала Герцогиня. – С числами я никогда не ладила! And with that she began nursing her child again, singing a sort of lullaby to it as she did so, and giving it a violent shake at the end of every line: на запела колыбельную и принялась качать младенца, яростно встряхивая его в конце каждого куплета.
`Speak roughly to your little boy, And beat him when he sneezes: He only does it to annoy, Because he knows it teases.' Лупите своего сынка За то, что он чихает. Он дразнит вас наверняка, Нарочно раздражает!
(In which the cook and the baby joined):-- (Его подхватили младенец и кухарка)
`Wow! wow! wow!' Гав! Гав! Гав!
While the Duchess sang the second verse of the song, she kept tossing the baby violently up and down, and the poor little thing howled so, that Alice could hardly hear the words:-- Герцогиня запела второй куплет. Она подбрасывала младенца к потолку и ловила его, а тот так визжал, что Алиса едва разбирала слова.
`I speak severely to my boy, I beat him when he sneezes; For he can thoroughly enjoy The pepper when he pleases!' Сынка любая лупит мать За то, что он чихает. Он мог бы перец обожать, Да только не желает!