`You are old,' said the youth, `and your jaws are too weak For anything tougher than suet; Yet you finished the goose, with the bones and the beak-- Pray how did you manage to do it?' – Ты немолод, – сказал любознательный сын, – Сотню лет ты без малого прожил. Между тем двух гусей за обедом один Ты от клюва до лап уничтожил.

`In my youth,' said his father, `I took to the law, And argued each case with my wife; And the muscular strength, which it gave to my jaw, Has lasted the rest of my life.' – В ранней юности мышцы своих челюстей Я развил изучением права, И так часто я спорил с женою своей, Что жевать научился на славу!

`You are old,' said the youth, `one would hardly suppose That your eye was as steady as ever; Yet you balanced an eel on the end of your nose-- What made you so awfully clever?' – Мой отец, ты простишь ли меня, несмотря На неловкость такого вопроса: Как сумел удержать ты живого угря В равновесье на кончике носа?

`I have answered three questions, and that is enough,' Said his father; `don't give yourself airs! Do you think I can listen all day to such stuff? Be off, or I'll kick you down stairs!' – Нет, довольно! – сказал возмущенный отец. – Есть границы любому терпенью. Если пятый вопрос ты задашь, наконец, Сосчитаешь ступень за ступенью!

`That is not said right,' said the Caterpillar. – Все неверно, – сказала Гусеница.